В молодости же как? Страсть, гормоны, и «ой, только не в меня!!!»  А после сорока всё гораздо сложнее.

Во-первых, тебе «не шестнадцать, и не первый» (с),
а значит, будешь кобениться месяц. Ну, чтоб не думал, что ты лёгкая добыча какая-то. Нет, цветов-подарков в принципе не надо, но всё равно надо. Если ты не мудак. Рестораны, фотобиеннале, выставки Ван Гога, разговоры о поэзии Серебряного века и об Акунине.


Ладно, не мудак, допустим.
Хороший мужик, можно ехать в гости. И едешь. И с порога начинаешь палить всякие признаки женского проживания на данной территории. Даже если мужик думает, что его бывшая всё вывезла, включая даже магнитики с холодильника — он ошибается. По-любому в ванной будут валяться ватные диски, закатившиеся под стиральную машинку карандаши, а на кухне непременно найдётся кружка с надписью «Мой самец Вова!»


И ты такая: Ага, с бабой недавно расплевался. С одной стороны это хорошо, с другой — геморройный мужик. Баба щас посидит-посидит, пятницы дождётся, набухается, начнёт названивать и рыдать «Вова, я в говнооооо, забери меня отсюдааааааа!» — и Вова сорвётся же забирать, потому что чувства ещё не остыли и всё такое. Ну и кружка, опять же. А тебе скажут: Малыш, прости, я всё ещё её люблю. Так что нужно быть настороже.

Что ещё можно спалить на раз-два? Гору носков под креслом. Значит, привык, что это всё обычно выгребает баба, ругается и стирает. Несамостоятельный мужик. Сраный прям вот даже мужик-то. Ненадёжный. Всего Ван Гога с Акуниным прям перечеркнул разом.

Если повезёт — можно найти место, где у мужика лежат лекарства. Потому что лекарства есть у каждого мужика. И ладно, если это анальгин какой, или аспирин. А то, бывает, там такая аптечка, что аж зависаешь как Пентиум один: и от поноса, и от запора, и Виагра, и трихопол с нистатином, и мазь от лишаёв, и свечи от геморроя, и валидола ведро.

И всё с ним сразу понятно: желудок слабый, сердечко тоже, про остальное вообще страшно и думать уже. И не стоит, и больное всё. Плюс геморрой, и лишай под вопросом.

1
2